Содержание материала

Когда расстреливали милиционеров, из двери КПЗ на непонятный шум выглянул находившийся там дежурный, увидел убийц и захлопнул дверь. Было принято решение немедленно ликвидировать и его как свидетеля. Но дверь не поддавалась, а выстрелы в дверной глазок не достигали цели. Дежурный сумел спрятаться от их выстрелов за угол. Когда же по его приказу задер-
жанные, находившиеся в КПЗ, стали ломать двери камер, сработала звуковая сигнализация - "комар" на крыше РОВД.
Дальнейшее Кокаев объяснял так. Взвыла сирена, и они поняли, что ни о каком нападении на банк теперь не может быть и речи. Тогда, с целью исключительно самозащиты на тот случай, если сейчас сюда прибудет помощь, они взломали сейф и взяли автоматы. Машину они перегнали за Терско-Кумский канал и сожгли, автоматы без рожков выбросили в канал за ненадоб ностью, к тому же опасались встречи с гаишниками. На страховавших их "Жигулях" уехали в Моздок и спокойно разошлись по домам.
Прочитав написанное, я сделал вид, что все это мне было известно еще до нашей встречи. И в тех местах заявления, где чувствовалось, что Кокаев явно привирает в свою пользу, вслух отмечал: "Ну, это не совсем так... А это мы будем уточнять..." Затем я взял протокол и в течение двух дней без передышки допрашивал его. И тут из него полились, как из рога изобилия, эпизоды преступной деятельности банды. Все было очень подробно записано.
По окончании допросов я доложил о ситуации прокурору России и попросил разрешения принять дело в производство на время закрепления хотя бы главных эпизодов дела.
В Москву был вызван начальник, уголовного розыска Ставропольского края подполковник Воробьев, который в 95-м, будучи генералом, погиб в Грозном. Вместе с ним у первого заместителя начальника ГУУРа МВД СССР, замечательного человека, генерала Лагоды был подготовлен план операции по изъятию всех участников банды и ее ликвидации. О предстоящей операции не сообщалось никому. Мы секретно высадились в Кировском районе Ставропольского края, граничащем с одной стороны с Курским, с другой - с Моздокским районом, где находились участники банды. Одновременно были брошены туда же наши подсобные силы для проведения оперативной установки:
на месте ли необходимые нам объекты. В два-три дня была собрана необходимая информация. В операции участвовало примерно 250 работников милиции и прокуратуры. Намечено было порядка тридцати обысков - у самих преступников, у их связей, получены санкции на арест участников банды.
Операция началась в 5 утра. Руководили я и Лагода. Одна группа захватывала бандита и немедленно его увозила, другая оставалась производить обыск. Доставляли всех на окраину Моздока. Здесь мы вручали им постановления об аресте, объясняли, в чем их обвиняют, и тут же раскидывали по заранее подготовленным местам, в изоляторы Георгиевска, Минвод, Пятигорска, Кировского района. К обеду все участники банды были доставлены в КПЗ.
При обысках каких-то существенных доказательств их преступной деятельности обнаружено не было. Вечером вместе с генералом Лагодой мы поехали в Орджоникидзе, явились в кабинет начальника КГБ Северной Осетии.
После чего собрали там работников МВД республики, которым сообщили о проведенной операции и ее результатах.
Затем мы распределили наши силы. Лагода с Платоновым отправились к Калоеву. Я остался в Кировском районе для допроса Гуриева. Другие уехали к Тебиеву и так далее. Кокаев оставался в Москве.
Так, Гуриев. Пять судимостей. Крепкий орешек. В начале допроса категорически все отрицал, но уже к концу дня раскололся. Речь пока шла в основном о нападении на отделение милиции. Все показания мы параллельно с протоколом записывали на видеопленку.
Вечером вернулись Лагода с Платоновым. Докладывают, что пытались допросить Калоева, но ничего более оскорбительного и унизительного они не встречали за все годы работы в органах. Сплошные угрозы, оскорбления и матерщина. А у тебя как? - спрашивают. Я продемонстрировал им видеозапись показаний Гуриева. Все, как говорится, в цвет.
На другой день едем в Георгиевск, где сидел Калоев. Из показаний Кокаева и Гуриева мы уже знали, что "парадом" руководил именно он. Между тем Гусов, активный участник банды, первым стрелявший в милиционера, находясь под стражей совсем по другому уголовному делу, еще в 87-м году повесился в камере на собственной майке. Ушел, как говорится, от суда, но не от возмездия.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить